Очнулся Томми в холодном подвале, с тяжелой цепью на шее. Вчерашняя гулянка обернулась кошмаром. Похитил его не какой-нибудь бандит, а с виду примерный семьянин, хозяин этого тихого дома. Мужчина заявил, что намерен «исправить» парня, сделать из него порядочного человека.
Первым делом Томми попытался вырваться. Дрался, ругался, ломал всё, до чего мог дотянуться. Сила и злость — единственное, что он понимал в этой ситуации. Но его буйство ни к чему не привело.
Потом в дело вмешались остальные. Жена похитителя, их дети. Они не кричали, не угрожали. Просто жили своей обычной жизнью, будто парень с цепью на шее — часть интерьера. Говорили с ним спокойно, кормили, даже пытались чем-то заинтересовать. Дни тянулись медленно, однообразно.
И что-то стало меняться. Сперва Томми просто притворялся. Делал вид, что слушает, что соглашается. Рассчитывал обмануть бдительность, найти лазейку для побега. Но постепенно эти разговоры, эта странная, чужая жизнь начали проникать в него. Он ловил себя на том, что уже не просто ждет удобного момента, а в самом деле задумывается над их словами.
Мир, который он всегда видел в черно-красных тонах ярости и силы, будто начал размываться. Появлялись другие оттенки. Неуверенные, чужие, но уже не вызывающие отторжения. Он не мог понять — это хитрый план или что-то настоящее поселилось внутри. Притворяется ли он всё лучше или уже и не притворяется вовсе.
